"И ПРИШЕЛЬЦА НЕ УГНЕТАЙ..."


Глава "Мишпатим" буквально изобилует законами, нормами и требованиями, относящимися практически ко всем областям человеческого бытия. Исчерпывающий перечень заповедей полностью охватывает сферу социальных отношений – внутри общины, между евреями и неевреями, соседями и врагами, имущими и неимущими. Перечислены обязанности еврея по отношению к Творцу и сообществу, элементам растительного и животного миров, а также законы, регламентирующие его поведение в субботу и будни, на работе и дома. Из всего пестрого многообразия тем мы изберем один небольшой фрагмент для более тщательного рассмотрения:

22:20 И ПРИШЕЛЬЦА НЕ УГНЕТАЙ И НЕ ПРИТЕСНЯЙ ЕГО, ИБО ПРИШЕЛЬЦАМИ БЫЛИ ВЫ В ЗЕМЛЕ ЕГИПЕТСКОЙ.
22:21 НИ ВДОВЫ НИКАКОЙ, НИ СИРОТЫ НЕ МУЧАЙТЕ
22:22 ЕСЛИ ЖЕ ТЫ СТАНЕШЬ МУЧИТЬ ЕГО, ТО КОГДА ВОЗОПИТ ОН КО МНЕ, УСЛЫШУ Я ВОПЛЬ ЕГО.
22:23 И ВОЗГОРИТСЯ ГНЕВ МОЙ, И ПОРАЖУ ВАС МЕЧОМ, И СТАНУТ ЖЕНЫ ВАШИ ВДОВАМИ, А ДЕТИ ВАШИ СИРОТАМИ.

Определить тему, связующую эти стихи с последующими (22:24-26), нетрудно. Человеку вменяется в обязанность сдерживать свои естественные порывы в ситуациях, когда соблазн проявить власть достаточно велик – в отношениях с более слабыми, беззащитными людьми, лишенными какой-либо поддержки и опоры:

22:20 И ПРИШЕЛЬЦА НЕ УГНЕТАЙ

Талмуд обращает наше внимание на тот факт, что Тора по меньшей мере в тридцати шести местах напоминает нам о корректном поведении по отношению к прозелитам (Бава меция 59б). Никакие другие законы – будь то заповедь любви к Богу, повеления о субботе, обрезании, кашруте или запреты лгать и воровать – не встречаются в Торе столь часто, как законы, регламентирующие наше отношение к пришельцу, повторяющиеся снова и снова, то в качестве императива – "любите пришельца" (Дварим 10:19), то в качестве запрета, ограничения или предостережения.

Избранный нами фрагмент содержит два запрета. Экзегетические приемы, которыми пользовались мудрецы при истолковании законодательной части Торы, отрицали возможность эмфатических повторений ради усиления эмоциональной выразительности или красоты слога. Каждая "избыточная" фраза имеет своей целью сообщить нам нечто новое.

Мехильта:

"...Не угнетай..." – это словесное оскорбление; "...не притесняй..." – силою отнимая имущество. Чтобы не говорил пришельцу: еще вчера ты служил Белу, поклонялся Нево, свинина все еще меж зубов твоих – а еще смеешь мне перечить!

Талмудический трактат "Бава меция" (58б) также объясняет, что называется "словесным оскорблением":

Если пришелец собирается изучать Тору, не говори ему: уста, поедавшие падаль, запрещенное в пищу , грызунов и насекомых , будут произносить слова Торы, вышедшей из уст Всемогущего?!

Стих не только сопоставляет, но и проводит определенную аналогию между двумя разновидностями ущербов: материальными убытками и моральными потерями (в результате словесного оскорбления).

Запрет угнетать пришельца встречается в главе "Мишпатим" повторно, но на этот раз он сопровождается несколько иной мотивацией. Сравните:

22:22 ЕСЛИ ЖЕ ТЫ СТАНЕШЬ МУЧИТЬ ЕГО, ТО КОГДА ВОЗОПИТ ОН КО МНЕ, УСЛЫШУ Я ВОПЛЬ ЕГО.
23:9 И ПРИШЕЛЬЦА НЕ ПРИТЕСНЯЙ, ВЫ ЖЕ ЗНАЕТЕ ДУШУ ПРИШЕЛЬЦА, ТАК КАК ПРИШЕЛЬЦАМИ БЫЛИ ВЫ В ЗЕМЛЕ ЕГИПЕТСКОЙ.

Зачем стихи повторяются? И в чем их отличие?

Ибн Эзра, по-видимому, не усматривает между ними никакой разницы. К стиху 22:20 он дает следующий комментарий:

Если пришелец решит, что более не будет поклоняться идолам 1 , – не угнетай его в своей земле, ведь у тебя намного больше сил, чем у него, но помни: "...пришельцами были вы в земле Египетской".

Заключительная фраза также подходит и к стиху 23:9, но Ибн Эзра там ничего не комментирует. Здесь же он следует собственному принципу экзегетики – игнорировать различные формулировки одного и того же положения 2 , как незначительные изменения, так и более существенные. Вариации в изложении одной и той же темы, по его мнению, не заслуживают внимания, поскольку при изменениях в частностях основной смысл остается неизменным.

Рашбам также отождествляет оба стиха:

"...Не угнетай..." – словесное оскорбление, поскольку о нанесении ему материального ущерба говорится в другом месте: "И не угнетайте один другого..." (Ваикра 25:17), – брат брата, и этот закон относится ко всему Израилю. Однако здесь Писание упоминает наиболее распространенный случай, ведь можно обидеть пришельца, напомнив ему о деяниях его предков, или его самого, пока он не стал евреем.

"...Не притесняй..." – принуждая его исполнять твою работу. Поскольку у него нет заступника, как написано: "...и также видел Я притеснение, которым египтяне притесняют их" (Шмот 3:9).

"...Ибо пришельцами были вы..." – и объяснение: "...вы же знаете душу пришельца , так как пришельцами были вы в земле Египетской". Так как его страдание велико – твое наказание [за его притеснение также] велико.

Однако при этом Рашбам обходит молчанием стих 23:9, поскольку также считает, что он имеет такое же значение, как и стих 22:2.

Некоторые изыскатели буквального смысла хотя и признают, что стихи отличаются друг от друга, но видят разницу не в мотивации запрета, а в самом повелении.

Р. Йосеф Бхор Шор:

"И пришельца не притесняй..." (23:9) – в суде, искажая решение. А выше Писание предупреждает также против "угнетения" не во время судебного разбирательства (22:20). И поэтому выше сказано: "...не угнетай...", в то время как здесь: "...не притесняй...". Но поскольку говорится в начале этого фрагмента: "Не суди превратно бедного в тяжбе его" (23:6), то и в этом стихе (23:9) сказано: "И пришельца не притесняй..." [в суде].

Итак, большинство комментаторов не видят никакой разницы между фразами "...ибо пришельцами были вы..." и "...вы же знаете душу пришельца..." (23:9) 3

Еврейские мудрецы, чутко реагирующие на малейшие стилистические изменения в Торе, и особенно в законодательной ее части, иначе комментируют этот фрагмент. Раши повторяет то, что сказано в "Мехильте". На стих 22:20 он замечает следующее:

Если ты оскорбишь его, он оскорбит тебя в ответ, сказав: "Ты тоже из пришельцев. В недостатке, который есть в тебе самом, не укоряй ближнего".

Второй стих (23:9) он комментирует так:

"...Вы же знаете душу пришельца..." – как тяжко ему, когда его притесняют.

В свете этого комментария смысл заключительной фразы становится понятен. Запрет Торы "пришельца не угнетай" сопровождается обращением к исторической памяти народа, памяти об Исходе, который евреи переживают вновь и вновь, дважды в день упоминая о нем во время чтения "Шма, Исраэль..."

Открывшись Моше в горящем кусте, Господь сообщил ему о готовящемся избавлении евреев из рабства. Среди прочего он сказал следующее:

3:9 ...И ТАКЖЕ ВИДЕЛ Я ПРИТЕСНЕНИЕ, КОТОРЫМ ПРИТЕСНЯЮТ ИХ ЕГИПТЯНЕ.

Именно в этом фрагменте, повествующем о тяготах египетского рабства, впервые появляется корень,мз"х вокруг которого сгруппированы слова "притеснение" и "притеснять". В книге "Шмот" он встречается еще два раза: в упомянутых нами стихах 22:2 и 23:9. Поэтому, встретив в тексте Торы запрет притеснять пришельца , следует вспомнить и о притеснении , от которого евреи страдали, когда сами были пришельцами в чужой земле 4 . Нам надлежит изо дня в день возрождать в памяти соответствующий период еврейской истории, с тем, чтобы понять душевное состояние прозелита. Память о рабстве – надежный щит против наущений злого начала, против неутолимой жажды власти, искушения эксплуатировать и притеснять. Тора обращается к тому, кто однажды на себе испытал невзгоды и тяготы, но сегодня, живя в довольствии и достатке, оказывает моральное и материальное давление на тех, кто имеет иной социальный статус 5 .

Предыдущий стих Раши истолковал как угрозу ("Если ты оскорбишь его, он оскорбит тебя...", 22:20). Но ведь это кажется настолько далеким от буквального смысла стиха! Почему он предпочел обратиться к самолюбию человека, а не к позитивному требованию любить других? И почему он не истолковал "...ибо пришельцами были вы..." как причину, объясняющую запрет притеснения?

Потому что воспоминание о былом отчуждении и порабощении – после того как народ вышел из рабства и обрел независимость – еще не гарантирует, что притеснение пришельцев в его среде будет искоренено. Способна ли память о перенесенных страданиях пробудить любовь и милосердие к угнетаемым? Разве мы не знаем, что сердце человека подвержено переменам и зачастую реагирует на события неадекватным образом? Разве не кажется временами, что испытанные в юности позор и унижение не препятствуют, а побуждают человека в зрелом возрасте относиться с ненавистью и к другим людям 6 . Именно сердце наставляет человека искать выход приобретенным комплексам в притеснении более слабых, чем он.

Поэтому в нашей главе содержатся две мотивации, обосновывающих запрет притеснять пришельца, и, соответственно им, два разных толкования Раши. Кому-то, может быть, достаточно вспомнить о днях бедности и страдания на чужбине, и он уже мысленно представляет себе положение пришельца. От соблюдения запрета "не угнетай и не притесняй" он постепенно перейдет к исполнению позитивной заповеди любить пришельца как самого себя (Ваикра 19:34); именно к нему обращены слова: "...вы ведь знаете душу пришельца..." Для другого же человека воспоминания о перенесенных страданиях могут стать лишь дополнительным поводом для ненависти по отношению к чужакам. К нему обращены слова "И пришельца не угнетай..." и толкование Раши "Если ты оскорбишь его..."

Однако Рамбан, согласившийся с Раши в том, что фраза "...ибо пришельцами были вы в земле Египетской" сама по себе не является достаточным основанием для того, чтобы предостеречь человека против угнетения пришельца, интерпретирует эту парадоксальную мотивировку иначе. После цитирования приведенных нами комментариев – Раши и Ибн Эзры (на стих 22:20) – он сначала говорит о том, что в них нет рационального зерна, и далее продолжает:

Мне представляется, что правильное истолкование стиха "И пришельца не угнетай..." таково: ты не должен думать, что у него нет заступника от твоей руки. Напротив, ты знаешь, что когда ты был в Египте и видел притеснение, "которым египтяне притесняют" вас, – Я отомстил им за вас. Ибо Я – Господь, видящий "несправедливости, какие делаются под солнцем: и вот слезы обделенных, а утешителя у них нет: а в руке обделяющих их – сила, а утешителя нет им" (Коhелет 4:1). А Я – тот, кто спасает каждого человека от руки более сильного. И также вдову и сироту не мучайте, ибо Я услышал их голос.

В комментарии к стиху 22:20 Рамбан добавляет:

Почему ты угнетаешь его? Ты полагаешь, что у него нет спасителя от твоей руки! Но на самом деле ему оказывается помощь в большей степени, чем кому-либо другому.

Иначе говоря, полагая, что поскольку чужеземец лишен поддержки, и поэтому можно безнаказанно оказывать на него давление, человек поддается искушению и угнетает его. Тора говорит евреям: ваш исторический опыт в Египте учит, что именно тот, кто, казалось бы, лишен всяческой поддержки и опоры, кто является в социальном и юридическом отношении наименее защищенным, тот имеет самого надежного покровителя.

Соответственно с этим слова "...ибо пришельцами были вы..." Рамбан рассматривает как предостережение, обращенное к потенциальным угнетателям. Тем не менее, его комментарий отличен от Раши, который считал, что пришелец способен ответить своему обидчику оскорблением, напомнив ему о его незавидном прошлом. Рамбан интерпретирует это предостережение в совершенно ином ключе: "...ибо пришельцами были вы..." напоминает нам не о том, что мы в Египте были беззащитными жертвами обстоятельств, ведь даже там у евреев была поддержка и опора. Но всесильный Спаситель, воздавший египтянам, притеснявшим избранный народ, когда тот проживал на чужбине, может в любой момент обрушить свой справедливый гнев на евреев, в том случае если они сами начнут угнетать пришельцев 7 .


ВОПРОСЫ ДЛЯ ОБСУЖДЕНИЯ И ИЗУЧЕНИЯ

(1) В отношении интерпретации слова вш (гер) :

Радак:

Слово относится к группе корней с опущенной последней буквой (т) происходя от корня ,вш"т от которого образованы такие слова, как "уменьшать" и "вычитать", и буквальное его значение: "проживающий с нами".

Ибн Эзра:

Значение слова вш (гер) : "брошенный", "покинутый", словно упавшая с ветви ягода –(вшвйш) гаргир .

(а) В чем различие между двумя интерпретациями слова ?вш

Какую сторону жизни пришельца на чужбине акцентирует каждая из них?

(б) Ср. Ваикра (19:33-34). Можно ли в этом фрагменте найти обоснование мнению Ибн Эзры?


(2) Объясняя смысл фразы "любите пришельца" (Дварим 10:19) автор "Сефер hахинух" (заповедь 431) замечает следующее:

Эта заповедь имеет силу в любое время, в любом месте, для мужчин и для женщин. Тот, кто нарушает ее, причиняя страдания пришельцам или уклоняясь от содействия им, отказываясь помочь им сохранить их имущество или относясь к ним с пренебрежением, потому лишь, что они чужеземцы и некому за них заступиться – уклоняется от исполнения этой позитивной заповеди. Его ждет серьезное наказание, поскольку в Торе по этому поводу содержится немало предостережений.

Эта ценная заповедь учит нас быть сострадательными к любому человеку, живущему не родном городе, вдали от тех, кто способен ему помочь. Подобным образом Тора предостерегает, чтобы мы с сочувствием относились ко всякому, кто нуждается в сострадании. Это моральное качество поможет нам обрести милосердие Творца. И Писание дает нам намек на смысл этого повеления – "...ибо пришельцами были вы в земле Египетской", напоминая о том, что однажды мы сами подвергались тем страданиям, которые испытывает любой пришелец в чужой земле. И всякий, кто способен представить себе эту боль, которую однажды испытали и мы, и от которой нас Бог по милости своей избавил, в том пробудится милосердие к любому человеку вообще.

Каким образом автор "Сефер hахинух" расширяет рамки этого запрета?


(3) Ср. Дварим (10:12-22).

Каким образом заповедь любить пришельца соотносится с контекстом, в котором она приведена?


(4) Ср. толкование Радака и Ибн Эзры (вопрос 1) и комментарии Альшеха на эти два стиха:

Шмот 22:20 "И пришельца не угнетай..." – Еврей не должен говорить: коль скоро идолопоклонство столь презренно, то я не понесу вины за то, что буду гнушаться пришельцем даже после его перехода в иудаизм, напоминая ему: "Не вчера ли поклонялся ты идолам?" Именно по этой причине сразу же (после стиха 19, запрещающего идолопоклонство) сказано: "И пришельца не угнетай..." – в отношении словесного оскорбления. Если ты сумеешь воздержаться от этого, то "не притесняй его" также. Разве вы не были в Египте и не служили идолам, и не там ли обрели истинную веру? И также как Бог не гнушался вами за ваше идолопоклонство и даровал вам Тору, так и вы не должны гнушаться пришельцем: он ничем не хуже вас. Ведь прозелит, принявший иудаизм, словно новорожденный младенец.

Шмот 23:9 "И пришельца не притесняй, вы же знаете душу пришельца..." – Не относись предвзято к пришельцу, пришедшему в суд судиться с тем, кто родился евреем, допуская, что он обманывает в силу его языческого происхождения. Посему сказано: "И пришельца не притесняй, вы ведь знаете душу пришельца..." – он, словно новорожденный младенец, а "прежние дни пропали" 8 (см. Бемидбар 6:12). У него обновленная душа: "...вы ведь знаете душу пришельца...", знаете о том, что угодна она [Господу], словно он только родился на свет. Разве сами вы не были пришельцами в земле Египетской, и не там ли вы были идолопоклонниками? Именно там вы обрели подлинную веру и святость через кровь пасхальной жертвы и обрезания 9 . Зная, что душа и сердце пришельца не запятнаны, почему же ты относишься к нему, как к мошеннику?!

(1) По мнению Альшеха к кому обращен стих 22:20, а кому 23:9?

(2) В свете комментария Альшеха направлена ли мотивация, изложенная в стихе 23:9, против расистской или какой-нибудь иной концепции?

(3) Чем подход Альшеха к понятию вш ( гер ) отличен от подходов Радака, Ибн Эзры и автора "Сефер hахинух" (см. вопросы 1 и 2)? Какой из перечисленных подходов ближе к простому смыслу Писания?

(4) Альшех также видит, что оба стихи отличны в своих аргументациях. Чем, согласно его мнению, мотивировка "...ибо пришельцами были вы..." (22:20) отличается от "...вы же знаете душу пришельца..." (23:9).

(5) Чем отличаются толкования Раши и Альшеха на стих "...вы же знаете душу пришельца..." (23:9)?


Примечания

1 В начале комментария на главу "Мишпатим" Ибн Эзра предупредил, что он ставит своей целью объяснять смысловые связи соседствующих в тексте заповедей. Таким образом он вынужден объяснить связь стиха 22:20, с предыдущим стихом 22:19, говорящим об идолопоклонстве. Иначе говоря, хотя "приносить жертвы идолам" запрещено, также как запрещено многобожие, человек, однажды оставивший язычество и принявший истинную веру, не должен подвергаться притеснениям из-за своего языческого прошлого.

2 Ибн Эзра в своем пространном комментарии, в котором он объяснил, чем обусловлены отличия в изложении Десяти заповедей в главах "Итро" и "Ваэтханан", отметил, что, в соответствии с его концепцией, при повторении одного и того же принципа языковые изменения не играют никакой роли. Все его утверждения строятся на ошибочной концепции структурных особенностей языка:

Говоря на иврите, человек иногда излагает сказанное пространно, иногда, по мере надобности, коротко, для того, чтобы слушающий мог лучше усвоить сказанное. Слова – это тело, а смысл – душа, тело же – вместилище души. Мудрецы всего мира придерживаются того правила, что, прежде всего, следует обращать внимание на смысл, не опасаясь изменений в формулировках, если они идентичны по смыслу .

Однако Ибн Эзра не отдавал себе отчета в том, что сказанное им противоречит всем языковым и стилистическим нормам, что в природе не существует двух слов "идентичных по смыслу". При употреблении синонимов в большей или меньшей степени изменяется и смысл понятия. А все процитированные им в подтверждение его тезиса примеры из стихов, в которых ранее сказанное варьируется в различных выражениях, ничего не доказывают, поскольку в новом контексте синонимы обретают иную смысловую окраску.

См. также "Новые исследования книги Шмот", ч. 1, глава "Шмот", "Начало борьбы", с. 114, примечание 4.

3 Нееврейские исследователи Писания, как древние, так и новые, также не обратили внимания на различные мотивировки этих двух стихов. Они усматривали в них либо бессмысленное повторение, либо более "позднюю вставку". При этом никто из них не удосужился задать вопрос: для чего тот, кто сделал эту "вставку", повторил идентичный стих еще раз. Baentsch (1903), например, назвал стих 23:9 "утомительным муссированием" стиха 22:20. Справедливости ради надо отметить, что католический теолог Heinisch (1934) отверг тезис о том, что второй стих является простым повторением первого и предложил собственный вариант ответа, похожий на тот, что дал Бхор Шор. Хотя и он проигнорировал различие в мотивациях.

4 Какое непонимание в отношении смысловых связей стихов Торы, неоднократно повторяемых в намеках (а на сей раз столь выпукло), обнаруживает в своем "научном переводе" Писания Kautzsch (изд. 4-е. 1922)!

3:9 Ich habe Quaelerei gesehen, die die Aegipter an ihnen verueben.

23:9 Einen Fremdling sollst du nicht uebervorteilen und nicht bedrueken.

(3:9 "Я видел мучения, которые египтяне вам учиняют..."

23:9 "Чужеземца не обманывай и не угнетай...")

При таком переводе не прослеживается никакой связи между тем, что египтяне "учинили" евреям, и что самим евреям запрещено делать по отношению к чужеземцам. Не удивительно, что он не увидел этой связи, поскольку он изначально считал, что текст Торы представляет собой коллаж из множества "осколков" разрозненных источников. И действительно, если стих 3:9 был записан одним, а 23:9 – другим человеком, почему между ними должна быть какая-то связь?

Более скрупулезными были в своих переводах Бубер и Розенцвейг (и в особенности последний) по отношению к подобным "выпуклостям". Когда Бубер решил перевести словомзх из нашего стиха не тем словом, что в 23:9, а иным, Розенцвейг, ознакомившись с показанными ему черновиками, воскликнул: "При переводе слова мзх следует использовать то же слово, что и в рассказе об Исходе!" А именно: переводя закон, запрещающий притеснять пришельца, обязательно следует "напомнить" читателю о притеснении ,[мзх] которому Израиль подвергался, будучи пришельцем в Египте. Бубер был вынужден исправить черновик в соответствии с этим замечанием (впрочем, в последующих изданиях он зачем-то вернул первоначальный вариант перевода).

5 См. "Введение" (ч. 1), о связи порабощения евреев на чужбине в Египте с законами о рабе и пришельце.

6 Но толкование стиха "...ибо пришельцами были вы...", сделанное Рамбаном, наивно, и по нескольким причинам:

Как объяснялось выше: "...вы ведь знаете душу пришельца, ведь пришельцами были вы..." – тот, кто испытывал страдания и мучения, но был спасен Господом, должен сжалиться над человеком, который попал в такую же ситуацию. Чувство сострадания к ближнему изначально присуще человеческой душе , и поэтому, видя, как тот попал в подобную ситуацию, человек вновь переживает то, что он сам испытал в прошлом.

Однако будет ли сказанное верным для каждого человека?

7 Рамбан возвращается к этой идее еще раз в своем комментарии к стиху "Если же ты станешь мучить его..." (22:22) См. далее, стр. 45, 46.

8 Это выражение – скрытая цитата из эпизода о назире, человеке, который, дав на время особый обет (см. Бемидбар 6:1-21), приобрел статус ритуальной нечистоты, и поэтому должен начать новый срок своего незирута: "...прежние же дни пропадут..." (Бемидбар 6:12).

9 См. "Новые исследования книги Шмот", ч. 1, глава "Бо", "Песах в Египте", стр. 207.

Предыдушая глава К содержанию Следующая глава


 

 

Share              PRINT   
11 Янв 2006 / 11 Tevet 5766 0